3 Nov 2010

0lesja_0lgerd: (fairy)
Сказ о том, как премьер-министр Путин был посрамлён, воробей умер, а патриарх русского рока приобрёл духовный опыт.
Текст: Ксения Соколова, Ксения Собчак.


Собчак: Юрий Юлианович, мы с Ксенией, как, наверное, очень многие люди в нашей стране, испытываем к вам искреннее уважение как к поэту, музыканту, человеку искусства. Но честно и сразу признаемся — мы хотели бы поговорить не про искусство. Поводом для этого и интервью стал ваш разговор с Владимиром Путиным. Вы стали первым человеком, решившимся задать Путину в лицо жесткий вопрос.

Шевчук: Не думаю, что первым. Хотя я не очень за этим слежу.

Соколова:А мы следим.

Собчак: Много лет вы писали замечательную музыку — за это вас любили и уважали, а тут вдруг раз...

Шевчук: ...и разлюбили!

Собчак: Что вы! Напротив, за достопамятной беседой последовал виток вашей небывалой популярности.

Шевчук (вздыхает): Ксюша, представьте, есть художник и есть пространство — реальный мир, трансцендентный — любой. В данный момент я — художник — встретился с реальностью в лице Путина. Я каждый день сталкиваюсь с одушевленной материей, с которой пытаюсь наладить диалог, а не воевать. Реальности в лице Путина я задал вопросы — не все, к сожалению... Надеялся, что реальность мне ответит.

Соколова: Реальность ответила вам?

Шевчук: Реальность — да, премьер-министр — нет.

Соколова: А вы думали, ответит?

Шевчук: Политтехнологи постоянно пытаются что-то вычислить по выражениям лиц ВВ или ДА. В этом есть нечто холопье и рабское. Мне кажется, если есть возможность прямо спросить: «Как вы считаете, у нас во дворе монархия или демократия?» —надо спрашивать. Будет яснее будущее.

Собчак: Можно еще подойти к морю и спросить у него: «Куда ты течешь?»

Шевчук: «Море, быть или не быть?»

Соколова: «Раздайся, море, говно плывет» — можно и так сказать.

Собчак: Переведем разговор в менее поэтическое русло. После беседы с Путиным многие вас осудили за то, что вы хоть и правильные вещи сказали, но не вовремя. Встряли со своими вопросами к реальности в разговоре помощи больным детям. Тем самым обездолив детей.

Шевчук: Нет вовремя! Я потом звонил Чулпан Хаматовой, и мы с ней это обсудили. В начале была торжественная часть, и Путин отчитался во всех финансовых вопросах, о том, как он всем помогает, что из федерального бюджета даются деньги. А потом Путин откинулся назад, взял чашку с чаем и спросил: «Какие будут вопросы? Любые можете задавать». Я и задал. Никто больше, судя по всему, не хотел его беспокоить.

Соколова: То есть, когда он предложил задавать вопросы, возникла пауза?

Шевчук: Пауза немного затянулась.

Соколова: И тут и вы?

Шевчук: И тут и я!

Собчак: Скажите, а у вас не возникло ощущения, что власть в лице Путина в данном случае вас просто использовала? Вы стали Петрушкой, фальшдоказательством, что у нас тут тоже свобода слова есть. На неудобные вопросы Путин теперь отвечает: «Какая такая цензура? Вы видели, как меня Шевчук обложил прямо на Первом канале?»

Шевчук: Мысль не нова, но хочу сказать, что для меня единственным плюсом этой беседы была возможность гражданина спокойно и с достоинством говорить с властью. Так меня родители учили. Я всю жизнь и с власть имущими, и с «крутыми», и с простыми говорил одинаково. А на Первом канале это показали, потому что уже невозможно было не показать.

ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ >>> )

0lesja_0lgerd: (fairy)
Сказ о том, как премьер-министр Путин был посрамлён, воробей умер, а патриарх русского рока приобрёл духовный опыт.
Текст: Ксения Соколова, Ксения Собчак.


Собчак: Юрий Юлианович, мы с Ксенией, как, наверное, очень многие люди в нашей стране, испытываем к вам искреннее уважение как к поэту, музыканту, человеку искусства. Но честно и сразу признаемся — мы хотели бы поговорить не про искусство. Поводом для этого и интервью стал ваш разговор с Владимиром Путиным. Вы стали первым человеком, решившимся задать Путину в лицо жесткий вопрос.

Шевчук: Не думаю, что первым. Хотя я не очень за этим слежу.

Соколова:А мы следим.

Собчак: Много лет вы писали замечательную музыку — за это вас любили и уважали, а тут вдруг раз...

Шевчук: ...и разлюбили!

Собчак: Что вы! Напротив, за достопамятной беседой последовал виток вашей небывалой популярности.

Шевчук (вздыхает): Ксюша, представьте, есть художник и есть пространство — реальный мир, трансцендентный — любой. В данный момент я — художник — встретился с реальностью в лице Путина. Я каждый день сталкиваюсь с одушевленной материей, с которой пытаюсь наладить диалог, а не воевать. Реальности в лице Путина я задал вопросы — не все, к сожалению... Надеялся, что реальность мне ответит.

Соколова: Реальность ответила вам?

Шевчук: Реальность — да, премьер-министр — нет.

Соколова: А вы думали, ответит?

Шевчук: Политтехнологи постоянно пытаются что-то вычислить по выражениям лиц ВВ или ДА. В этом есть нечто холопье и рабское. Мне кажется, если есть возможность прямо спросить: «Как вы считаете, у нас во дворе монархия или демократия?» —надо спрашивать. Будет яснее будущее.

Собчак: Можно еще подойти к морю и спросить у него: «Куда ты течешь?»

Шевчук: «Море, быть или не быть?»

Соколова: «Раздайся, море, говно плывет» — можно и так сказать.

Собчак: Переведем разговор в менее поэтическое русло. После беседы с Путиным многие вас осудили за то, что вы хоть и правильные вещи сказали, но не вовремя. Встряли со своими вопросами к реальности в разговоре помощи больным детям. Тем самым обездолив детей.

Шевчук: Нет вовремя! Я потом звонил Чулпан Хаматовой, и мы с ней это обсудили. В начале была торжественная часть, и Путин отчитался во всех финансовых вопросах, о том, как он всем помогает, что из федерального бюджета даются деньги. А потом Путин откинулся назад, взял чашку с чаем и спросил: «Какие будут вопросы? Любые можете задавать». Я и задал. Никто больше, судя по всему, не хотел его беспокоить.

Соколова: То есть, когда он предложил задавать вопросы, возникла пауза?

Шевчук: Пауза немного затянулась.

Соколова: И тут и вы?

Шевчук: И тут и я!

Собчак: Скажите, а у вас не возникло ощущения, что власть в лице Путина в данном случае вас просто использовала? Вы стали Петрушкой, фальшдоказательством, что у нас тут тоже свобода слова есть. На неудобные вопросы Путин теперь отвечает: «Какая такая цензура? Вы видели, как меня Шевчук обложил прямо на Первом канале?»

Шевчук: Мысль не нова, но хочу сказать, что для меня единственным плюсом этой беседы была возможность гражданина спокойно и с достоинством говорить с властью. Так меня родители учили. Я всю жизнь и с власть имущими, и с «крутыми», и с простыми говорил одинаково. А на Первом канале это показали, потому что уже невозможно было не показать.

ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ >>> )

January 2013

M T W T F S S
 123456
78 910111213
14151617181920
212223 24 252627
28293031   

Развернуть всё, что под катом

No cut tags

Тэги

Стиль журнала создан: